Можно утверждать, что планы соединения Атлантического океана и Тихого в восточном направлении (в Евразии прим. перев.), как это сделали Соединенные Штаты на американском континенте с востока на запад, рассматривались Британской империей как угроза ее мировому морскому владычеству, что привело в 20-ом веке к двум так называемым геополитическим мировым войнам.
До недавних пор водный транспорт играл главную роль в улучшении материальных условий жизни человечества. Однако примерно 170 лет назад немецко-американский экономист Фридрих Лист разработал концепцию, воплотившуюся позднее в то, что стало известно как «революция железных дорог». Ее успеху способствовало создание в США трансконтинентальной системы железных дорог, что, в свою очередь, выдвинуло Америку в разряд ведущих мировых экономических держав (при президенте Аврааме Линкольне). После 1876 года американские методы, примером которого являлся опыт создания трансконтинентальной железной дороги, были успешно заимствованы Германией, Россией и многими другими странами, включая Китай.
В бухгалтерском деле стоимость перевозки до места разгрузки любого продукта морским или каким-либо другим путем нужно сопоставить со стоимостью производства этого продукта и транспортировки до места погрузки. Поэтому мы стараемся перевозить такие продукты, как нефть или зерновые, имеющие относительно низкую себестоимость в расчете на единицу веса, хотя и медленным, но дешевым водным транспортом. Чем глубже переработка продукта на месте, тем выше его добавленная стоимость и, следовательно, тем ниже процент стоимости транспортировки в конечной цене. Значит, чем больше при переходе от сырья или полуфабриката к конечному продукту реальная добавленная стоимость, тем выгоднее его экспортировать. Выдающиеся экономисты и государственные деятелей Южной и Северной Америки и Европы поняли этот принцип уже 150 лет назад.
Обратимся к ключевым экономическим вопросам. Для этого рассмотрим огромный экономический потенциал региона с учетом его стратегического положения в качестве евразийского перекрестка. В этом контексте очевидно значение Суэцкого канала как артерии, связывающей Средиземное море и Индийский океан. Однако хотелось бы указать на тот факт, что наземные маршруты, проходящие по Ближнему Востоку, имеют гораздо большое транспортное значение как для Евразии в целом, так и для связей между Африкой и Азией в частности.
Концепция «наземных мостов»
Решение проблемы пресной воды, которая переплетается с ролью нефти, является обязательным фундаментом для оптимистических перспектив мирного и политически стабильного развития ближневосточного региона. В отсутствие необходимых для жизни условий вряд ли можно ожидать мира: люди будут жить как волны «сухопутных пиратов», включая империю монголов, в прошлом не раз накатывавшихся через Евразию на Европу и Ближний Восток, подобно морским приливам и отливам. Без достаточного для всех количества пресной воды не стоит надеяться на мир в этом регионе.
Только в той степени, в какой будут сделаны существенные шаги по внедрению технологий производства и распределения пресной воды, возможно подключение других важнейших факторов развития. И тогда раскроется скрытый внутренний потенциал ближневосточного региона перекрестка Евразии. Отдаленные перспективы ближневосточной нефти нужно рассматривать только в контексте решения этой проблемы.
Сегодня мы располагаем научным потенциалом для того, чтобы взять этот процесс под контроль, или даже обратить вспять постледниковые процессы. Это и есть главный стратегический экологический вызов, препятствующий реализации во всех отношениях мощного потенциала арабской цивилизации, существующей на протяжении большей части последних двух тысячелетий.
Оценим со стороны, как с орбитальной станции, прошлую и настоящую экологию этого региона, как часть биосферы Земли. Представим себе длительный исторический процесс таяния огромного евразийского ледника, происходивший приблизительно 19 000 лет назад, когда уровень моря был где-то на 120 метров ниже сегодняшнего. Проследим эволюцию Средиземноморья в последующие тысячелетия. Отметим последнюю фазу грандиозного высыхания когда-то богатых областей Сахары, Персидского залива и Центральной Азии, превратившихся в пустыни. Такая панорама прошлого самым решительным образом напоминает нам о том, что мы и так знаем: в пределах ближневосточного региона вода, а не нефть имеет первостепенное значение в числе прочих стратегически важных факторов. В этом регионе, в основном входящем в ареал мусульманской цивилизации, и простирающимся от Крыши мира на востоке, через Ближний Восток в Северную Африку, на протяжении последних шести, или даже восьми тысяч лет ведется непрерывная борьба с наступающей пустыней.
Я говорю о нефти, но в историческом контексте, в рамках которого Ближний Восток всегда был и остается важным стратегическим перекрестком Евразии. Определив этот контекст, я возвращусь к нефти, как таковой, рассматривая добычу и торговлю нефтью как ключевой фактор стратегической важности для жизни Ближнего Востока как региона, со специфическими экологическими и характерными культурными особенностями. Для оценки перспектив Ближнего Востока, я рассмотрю три отчетливо выделяющихся, но при этом тесно взаимодействующих фактора: экологический, экономический и политико-стратегический, рассмотрение которых необходимо для прогноза перспектив региона.
В рамках любой здравой стратегии организации мировой экономики, ближневосточный регион останется одним из важнейших поставщиков нефти в мире, по крайней мере, для одного или нескольких грядущих поколений. Так будет, и это обусловлено экономическими причинами. Но, как и в других мировых делах, особенно в свете отчаянной ситуации, сложившейся на планете, наивно полагать, что якобы великие державы, или даже просто сильные страны, будут трезво оценивать стратегические факторы ситуации.
Я надеюсь, что смогу убедить лидеров соответствующих стран отказаться от таких экономически и геополитически безответственных и некомпетентных шагов.
Сегодня существуют легкомысленные планы, включая, например, ставшие предметом переговоров между США и Россией попытаться ослабить зависимость мировых экономик от ближневосточной нефти. Такая политика способна лишь усилить хаос в уже сложившейся в мире взрывоопасной валютно-финансовой и экономической ситуации.
С тех времен Ближний Восток стал для великих держав ареной борьбы за стратегически важный экономический ресурс, добываемый в этом регионе, нефть. Но не только нефть определила судьбу Ближнего Востока. Доступная нам история человечества свидетельствует, что задолго до открытия нефти этот регион стал стратегическим перекрестком связей между Европой, Азией и Африкой, каковым он является и сейчас. Так что с нефтью или без нее, Ближний Восток сохраняет свое стратегически важное историческое значение.
История нефти в этом регионе началась с событий, связанных с планами британского Военно-морского флота, и ставших известными как «Великая война» 1914-1918 гг. Британская империя намеревалась использовать добываемую здесь нефть в качестве нового топлива для боевых кораблей взамен угля (дизельные установки взамен паровых котлов), что давало ее ВМФ решающее стратегические преимущества.
Современный мир стоит на перепутье своей истории. Если он пойдет по пути, выбранному моим и некоторыми другими правительствами, то на одно или несколько поколений вся цивилизация будет обречена существовать в условиях, сравнимых с всеобщей тьмой, окутавшей Европу приблизительно 750 лет назад. Не следует притворяться, что такой угрозы не существует; но все же мы должны ориентироваться на более обнадеживающие перспективы, которые предпочтут разумные политические лидеры. Поэтому я буду откровенно, но и с оптимизмом говорить о другом перекрестке о Ближнем Востоке.
(Из доклада на международной конференции в Абу-Даби «Роль нефти и газа в мировой политике».)
Карта транспортной системы (траспортные коммуникации) Ближнего Востока и Персидского залива - подробная электронная карта
Подробная цифровая (электронная) политическая карта Ближнего Востока и стран Персидского залива
Политическая и Транспортная электронная карта Ближнего Востока и стран Персидского залива - подробная электронная карта
